Айрат Фаррахов. Фото: Юрий Инякин / ПГ

Айрат Фаррахов: «Основные принципы закона о госзакупках не работают в случае с лекарствами»

По мнению депутата Госдумы, чтобы улучшить лекарственное обеспечение льготников, необходимо кардинально поменять закон о конкуренции.

В ушедшем году депутат Госдумы от Татарстана и экс-министр здравоохранения республики Айрат Фаррахов получил в 3 раза больше обращений от избирателей. Отчасти этот рост связан с пандемией коронавируса — люди сообщали о проблемах по телефону и через интернет, писали в соцсетях. По итогам этих обращений были сформированы планы на 2021 год, в частности, касающиеся изменений законодательства. Какие законы, соавтором которых выступил наш парламентарий, помогли облегчить жизнь бизнесу и над какими инициативами предстоит работать в этом году, Айрат Фаррахов рассказал в авторской колонке, написанной специально для «Реального времени».

Мы не авторы нового закона, мы его проводники

«Депутат» — в переводе с латыни «посланный», то есть человек, посланный народом представлять его интересы во власти. От посланника ждут конкретных результатов и помощи. 2020 год был очень тяжелым, и обращений от избирателей, в частности, ко мне, было намного больше — более чем в три раза по сравнению с прошлыми годами. Впрочем, рост, наверное, связан и с тем, что стало проще обращаться — по телефону, по интернету, через электронную почту, через сайт Госдумы, лично — в соцсетях. И естественным результатом этих обращений стали планы на 2021
год, в частности, планы, касающиеся изменения нашего законодательства.

В 2020 году были приняты девять законопроектов, соавтором которых я выступал.

Недавно, например, в третьем чтении был принят законопроект, которым мне поручил заниматься президент Татарстана Рустам Нургалиевич Минниханов. Законопроект в некотором роде показательный, потому что работа над ним шла именно так, как я считаю наиболее правильным. Его предложили не депутаты, а те, кто депутатов послал во власть.

В мае мы встречались с предпринимателями — представителями малого и среднего бизнеса, и на этой встрече один из них обратился с просьбой избавить их от обязанности ежегодного аудита финансовой отчетности. За аудит приходится отдавать от 60 до 100 тысяч рублей, это дополнительные издержки, а для малого бизнеса каждая копейка важна.

Теперь им этот аудит проводить не нужно — обязанность осталась только у крупных компаний с выручкой, превышающей 800 млн рублей в год. Особенно радует, что авторами нового закона стали, по сути, сами предприниматели, а мы только помогли им провести его.

И таких законов было в минувшем году много. Удачно решился вопрос с родителями детей-инвалидов по итогам очень горячей встречи в Татарстане, и один из вопросов, который они подняли, — о несоответствии реальным потребностям инвалидов нормативов, установленных федеральным Министерством труда и занятости на средства реабилитации — пеленки и памперсы. Например, памперсов было в два раза меньше, чем нужно. Я сделал запрос министру труда и занятости — в результате были существенно пересмотрены нормативы на адсорбирующее белье и подгузники.

Фото: Ринат Назметдинов

Очень горжусь тем, что девять законов, над которыми я работал, уже приняты. На будущий год на очереди еще семь законопроектов в стадии первого чтения, а внесены, но не рассмотрены еще 15.

В основе планов — личные обращения

В 2020 году у меня было 96 встреч с избирателями, за год я принял 752 человека — лично и дистанционно. А всего ко мне поступило 1212 обращений, из них 427 — через официальный портал Государственной думы, 496 — через мои аккаунты в соцсетях и личную электронную форму, 289 — в ходе личного приема. Именно эти обращения легли в основу планов на будущий год.

Наиболее актуальными в течение года были вопросы о лекарственном обеспечении и обеспечении инвалидов средствами технической реабилитации — это 45% всех вопросов. Наверное, такое их количество связано с тем, что многие меня ассоциируют с прежней работой и до сих пор воспринимают как представителя системы здравоохранения.

Обращения, связанные с вопросами ЖКХ, обманутыми дольщиками, инфраструктурой, — 18%. Вопросы пенсионного обеспечения — 15%. И 12% — это инициативы, которые необходимо продвигать. Вот как тот законопроект, о котором я уже упомянул. Еще 10% — это просьбы оказать помощь — деньгами, в ремонте и так далее.

Фото: instupino.ru

У депутата есть два орудия — законодательная инициатива и запрос. Было подготовлено 945 запросов в федеральные и региональные министерства и ведомства. И в 58% случаев мы уже получили положительные ответы и решения. Остальные в работе — они очень сложные, одного года для их решения не хватило.

Есть у меня также планы корректировки налогового и бюджетного законодательства. Наша экономика нуждается в существенной поддержке. Малый и средний бизнес находятся в очень непростом положении, многие предприниматели открыто говорят о своем бедственном положении. Поэтому очень важно принимать законы, которые направлены на поддержку деловой среды, снижение налогов и на то, чтобы предпринимательство развивалось. Оно обеспечивает основные поступления в бюджет, значит, создает основу, которая позволит повышать пенсии, строить дороги, детсады и школы.

Если при закупке лекарств закон о конкуренции не работает, его надо менять

Я возглавляю в Государственной думе России рабочую группу по улучшению обеспечения лекарствами. Сейчас все лекарства для льготников закупаются по закону «О контрактной системе…» (44-ФЗ). Эффективность лекарственного обеспечения зависит от того, как в нем прописаны правила конкурсов, поставок.

Мы сейчас готовим порядка ста поправок в этот закон — чтобы деньги, которые государство направляет на закупку лекарств, использовались более эффективно.

Например, нас не устраивает то, что на самом деле главными критериями по действующему закону являются наличие конкуренции и снижение цены. Мы же понимаем, что не всегда можно купить хорошее лекарство за самую низкую цену. Что оно может не подойти конкретному человеку. И что иногда возникают ситуации, когда нет и быть не может конкуренции. Когда, например, один-единственный производитель завез в Российскую Федерацию суперсовременное лекарство и покупать его будут по той цене, которую он назначил.

Основные принципы закона о госзакупках не работают в случае с лекарствами, поэтому очень важно искать другие варианты, использовать другие инструменты и механизмы.

Фото: pnp.ru

Кроме того, появляются новые, не зарегистрированные в России лекарства, которые родители больных детей выписывали из-за границы, и вы помните, были судебные процессы. Мы приняли участие в этом деле, все уголовные дела были отменены, а лекарства зарегистрированы в нашей стране.

Но сейчас еще необходимо сделать так, чтобы эти лекарства производились в нашей стране — тогда они станут дешевле, доступнее. Сейчас на них цены запредельные, обеспечивая ими одних пациентов, мы ограничиваем других — бюджет-то не беспредельный.

Еще важный момент: сегодня существуют такие подходы к закупкам, когда оплата препаратов происходит только после достижения эффекта, когда ясно, что лекарство действительно помогло, принесло результат.

Сегодняшний ФЗ-44 такого не предусматривает, и мы хотим в него внести очень серьезные изменения, которые касаются в первую очередь инновационных препаратов и направлены на то, чтобы создать в России условия для выпуска таких лекарств, создать новые места и поддержать науку.

А еще есть идея ввести законодательно понятие централизованных закупок, как это делается в Татарстане. У нас есть централизованный склад — «Таттехмедфарм», а большие объемы закупок позволяют серьезно снизить цену каждой упаковки лекарства. Распространив этот принцип на ряд субъектов, например на ПФО, мы улучшили бы лекарственное обеспечение всех пациентов.

Пора ограничить распространение слухов о вредоносности вакцин

Мы с экспертами близки к тому, чтобы начинать писать проект еще одного федерального закона. Статистика показывает, что примерно 60% людей не готовы вакцинироваться от коронавируса. Они не то что против — они пока не решились, и их можно понять. Здесь и к государству есть претензии: очень много закрытой информации.

Фото: pln24.ru

А когда официальной информации нет, люди идут за информацией в соцсети. А там — огромное количество фейковой информации о том, что прививки, вакцины — причины инвалидности, аутизма и так далее. Причем наиболее опасно, что эти сведения зачастую массово распространяют люди, которые имеют право на медицинскую деятельность, — врачи.

Но поскольку государственной информации не хватает, люди используют при принятии решений эти научно не подкрепленные слухи. Уже сколько было случаев, когда отказ от прививок от кори приводил к тому, что люди становились инвалидами. А если люди не привьются от COVID-19, заболеют и получат тяжелые осложнения?

Суть моей идеи в том, чтобы законом ограничить недостоверную информацию в интернете. Мы недавно приняли решение, обязавшее соцсети блокировать недостоверную, общественно опасную информацию, например, по детским суицидам, детской порнографии, и это работает. Таким же образом, я считаю, нам нужно подходить к неподтвержденной информации по вакцинации — это же действительно общественно опасная информация!

Фото: Юрий Инякин / ПГ
Автор: Айрат Фаррахов
Источник: https://realnoevremya.ru

Смотрите также: