Гайд по благотворительности: деньги — нуждающимся, а не мошенникам

Как проверить сайт фонда, чем провинились кэш и личные карты и как Дума занялась «коробочниками» в электричках

Гайд по благотворительности: деньги — нуждающимся, а не мошенникам
Фото: stop-obman.info

В Госдуме в очередной раз занялись вопросами благотворительности. Вернее, их регулированием. Разработан законопроект, который установит ответственность за нелегальные ящики для пожертвований. Его планируют принять уже весной этого года. Редакция «Реального времени» решила разобраться, как же человеку, у которого возникло желание отдать деньги на благотворительность, правильно это сделать и не стать жертвой мошенников. Пообщавшись с представителями известных российских благотворительных фондов, мы были удивлены — мошенники в период пандемии COVID-19 настолько потеряли совесть, что пытались облапошить сами благотворительные фонды. А депутат Госдумы от Татарстана Айрат Фаррахов сообщил о планах выступления с инициативой по организации налогового вычета на благотворительность буквально в один клик.


«Вся благотворительность должна уйти от кэша»

В Госдуме разработали законопроект, который будет регулировать установку ящиков для благотворительных пожертвований. За нелегальный сбор денег предполагается ввести ответственность — штрафы от 5 тыс. до 150 тыс. рублей с конфискацией орудия мошенничества. Принятие закона планируется в марте 2021 года. По закону «О благотворительной деятельности и благотворительных организациях», ящики для пожертвований могут использоваться только при наличии договора или разрешения властей. Эти нормы были введены еще в апреле 2020 года, а новый законопроект призван установить ответственность за их нарушение.

Депутат Госдумы от Татарстана Айрат Фаррахов рассказал «Реальному времени», что его, как и практически любого человека, не покидают смешанные чувства, когда он видит ящик для сбора средств:


— Честно говоря, ты не можешь мимо этого пройти просто так. С другой стороны, ты понимаешь, что есть огромное количество обращений по поводу незаконного сбора денег. И в нашей стране установка таких ящиков происходит значительно чаще, чем за рубежом. Я полагаю, что установление ответственности за незаконный сбор денег — правильный шаг.

По мнению парламентария, несмотря на важность законопроекта, регулирующего установку ящиков для пожертвований, сферу благотворительности нужно регулировать и дальше. Например, нужно уйти от наличных пожертвований и упростить процедуру получения налогового вычета.

— Все необходимо переводить в цифровой формат, — убежден Айрат Фаррахов. — Конечно, благотворительность может быть в виде передачи вещей, оказания физической помощи и тому подобных деяний. Однако если мы говорим о деньгах — я против того, чтобы в последующем речь шла о наличных, которые жертвуют на благотворительность. Каждый из нас за последние 5 лет стал значительно меньше пользоваться наличными деньгами. Иногда, может, и хотелось бы помочь, но у тебя с собой только карта. Но это не значит, что не надо помогать. Я убежден, что вся благотворительность должна уйти от кэша, от бумажных денег.

Депутат рассказал, что недавно в очередной раз навестил казанский хоспис, в создании которого участвовал вместе с Владимиром Вавиловым:

— Я никогда туда не езжу с пустыми руками. Каждый раз стараюсь привезти именно то, что нужно в этот момент. Мои помощники связываются с хосписом и уточняют, в чем есть острая потребность прямо сейчас. На этот раз нужно было особое детское питание. На свои деньги я заказал в компании это специальное питание, взял чек и все необходимые бумаги. Этот чек может пригодится как хоспису, так и мне. Потому что на эту сумму я могу уменьшить свою налогооблагаемую базу на следующий год. Это законный и хороший механизм. Например, я оказал благотворительную помощь на 70 тысяч рублей. Соответственно, на 70 тысяч рублей я могу уменьшить свою налогооблагаемую базу в течение года. Вопрос остается только в том, чтобы существенно облегчить получение налогового вычета на благотворительность.

Напомним, вычет по расходам на благотворительность предоставляется в зависимости от фактически произведенных расходов, то есть вам должно возвращаться 13 процентов от направленной на благотворительность суммы. Фаррахов не исключил варианта, что именно он выступит с инициативой по облегчению получения налогового вычета на благотворительность. Тем более что речь идет не об изменениях законодательства, а о подзаконных актах в части уменьшения бюрократии.
Фото: Максим Платонов

Сейчас, чтобы вернуть эти 13% с благотворительных пожертвований, нужно подать в налоговую службу документы, приложить чеки, написать заявление и т. д. И лишь через три месяца после проверки будет произведен вычет. Депутат говорит:

— Законодательство (а именно — 219-ю статью Налогового кодекса) необходимо усовершенствовать. Надо сделать максимально простым предоставление налогового вычета. Нужно организовать процедуру по принципу регистрации самозанятых — одним кликом, чтобы не было никаких заявлений, чеков и бумаг. Не нужна эта бюрократия! Тогда мы увеличим объемы оказания благотворительной помощи, а с другой стороны — уменьшим объемы мошенничества в сфере благотворительности. Мошенникам будет просто нечего делать, потому что с первого-второго раза их сразу же вычислят!

Первое внимание — не на фотографии

Итак, с кэшем и ящиками для пожертвований вопрос разбирает Госдума. Появляется некоторое регулирование этой сферы. Но как защититься от мошенников, переводя деньги на благотворительность безналичным путем? Пожертвование с карты или по смс тоже может уйти мошенникам — особенно если вы переводите деньги под воздействием эмоций, бездумно. Ответ напрашивается сам собой — самым надежным способом помощи нуждающимся по-прежнему остаются благотворительные фонды. Их в России больше 18,5 тысячи и среди них есть те, которые специализируются на самых разнообразных человеческих (и не только человеческих) бедах. Есть из чего выбрать. Но и под их вывеской могут скрываться мошенники. Как же ненароком не «помочь» остапам бендерам, жертвуя деньги в благотворительный фонд? Люди, которые работают в этой сфере, однозначно советуют для начала внимательно изучить сайт. И в первую очередь обратите внимание не на фотографии больных детей или бездомных котят, не на истории с просьбами о помощи, а на тот раздел, где скрываются реквизиты фонда.

Директор благотворительного фонда помощи хосписам «Вера» Анна Скоробогатова в беседе с корреспондентом «Реального времени» поясняет, что деятельность НКО должна быть прозрачной и максимально открытой. И по этому критерию жертвователь может убедиться в искренности намерений:

— Если благотворитель на официальном сайте может найти отчеты, устав организации, информацию об учредителях и руководстве, попечителях, свидетельства о регистрации и постановке на учет в налоговом органе, банковские реквизиты, контакты, то фонд заслуживает доверия. Крупные благотворительные фонды размещают на сайте информацию о своих программах и проектах и публичную оферту о заключении договора пожертвования. Обязательно описываются цели, на которые собирают пожертвования, и способы перечисления денег на счет фонда.

Глава благотворительного фонда «Семьи СМА» (помощь детям и взрослым со спинальной мышечной атрофией) Ольга Германенко тоже обращает особое внимание читателей на изучение сайта организации. Она говорит, что все благотворительные организации зарегистрированы Минюстом РФ. Поэтому у них обязательно должны быть учредительные документы, расчетный счет и прочие необходимые юридические реквизиты. И все они должны быть указаны на сайте.

Правда, даже это не обязательно спасает от мошенников:

— Зарегистрировать благотворительную организацию несложно и, к сожалению, среди зарегистрированных фондов есть такие, которые я не могу назвать организациями хоть с какой-то хорошей репутацией, — предупредила нас Германенко.

Совет для спокойствия — можно посмотреть историю фонда, отзывы о нем и поискать, не возникало ли в инфополе неприятных ситуаций, связанных с его деятельностью.

И еще один нюанс — сборы через соцсети. Фонды часто открывают свои странички в социальных сетях — например, во «ВКонтакте». Но как отличить страницу, которая действительно принадлежит фонду, от мошенников? Подтверждением подлинности аккаунта становится синяя галочка возле названия — знак верификации. Это значит, что фонд отправил администрации соцсети основные документы и прошел проверку.

Директор фонда «Дом с маяком» (помогает неизлечимо больным детям и молодым взрослым) Елена Прокопьева дает еще один совет по изучению сайта благотворительного фонда:

— Нужно обратить внимание на свежесть новостей, частоту их выхода. Когда благотворитель убедился, что сайт живой, можно посмотреть на проекты — кому помогают и каковы критерии отбора. Это поможет вам понять, тем ли вы хотите пожертвовать — старикам, животным, детям…

Фото: vk.com

Отчет — делу венец. Не в рифму, но правдиво

Еще один важный момент — отчеты фонда, размещенные на сайте, о количестве поступлений и трат. Как говорит нам Анна Скоробогатова, регулярное обновление финансовых и содержательных отчетов — самый важный элемент работы надежного благотворительного фонда. Формат и периодичность отчетности не регулируются и остаются на усмотрение руководства.

— Мы в фонде «Вера» публикуем отчеты о поступлениях и расходах ежемесячно, а результаты работы программ и проектов — раз в год. Любой человек может узнать, сколько средств к нам поступило, на что они были потрачены, какие результаты у проектов и акций фонда, какие мероприятия проводились и для кого, — объясняет она.

Директор фонда «Дом с маяком» Елена Прокопьева советует внимательно изучить сайт благотворительной организации и прежде, чем перечислить ей деньги, зайти в раздел отчетов:

— Отчеты могут публиковаться с опозданием максимум в несколько месяцев. Если нет свежей информации по отчетам за последний квартал, это странно. То есть этот фонд собирает деньги, но почему-то не отчитывается о них или отчитывается несвоевременно. Между тем, особенно если речь идет о крупных сборах, отчеты должны публиковаться регулярно и вовремя. В принципе, этой информации достаточно чтобы определиться, готовы ли вы помогать этому фонду или будете искать другой, — считает собеседница. — Как правило, пожертвовать можно с карточки, по реквизитам, с помощью СМС.

Если благотворитель хочет пожертвовать крупную сумму, то, как правило, звонит или пишет в фонд. В частности, «Дом с маяком» предоставляет полный отчет всем благотворителям, которые разово или в течение квартала перевели более 50 тысяч рублей. В планах — снизить этот ценз до 15 тысяч рублей.

— Тот, кто пожертвовал эту сумму, которая превышает размер пенсии большинства россиян, должен иметь право получить полный финансовый отчет с историей, кому помогли на ваши конкретные деньги, — считает Елена Прокопьева.

Ольга Германенко из фонда «Семьи СМА» рассказывает, что происходит, если денег на какую-либо цель собрано больше, чем требовалось:

— Любой благонадежный фонд предоставляет отчетность и не имеет права распоряжаться средствами иначе, кроме как на собранную цель. Бывают ситуации, когда происходит пересбор (условно, нужно собрать 200 тысяч, а пожертвовали 300 тыс.). В оферте, опубликованной на сайте благотворительной организации, описано, что будет происходить в таком случае. Как правило, эти деньги перераспределяют на других подопечных фонда. Но за благотворителем в этом случае остается право связаться с фондом и отозвать пожертвование. Возврат средств происходит, если человек хотел помочь только конкретному человеку и не готов, чтобы его деньги пошли, скажем, другому, с тем же диагнозом или схожими потребностями. Этот момент обычно проработан в крупных фондах.

К сожалению, бывают ситуации, когда открывается сбор для пациента, а он не успевает дождаться собранной суммы. В этом случае средства перераспределяются другим нуждающимся детям — и об этом фонд четко отчитается.

Фото: varlamov.ru

«Если на сайте фонда указана личная карта, это для меня однозначно no go»

— В августе 2020 года одна подписчица (спасибо ей за бдительность!) прислала нам скриншоты переписки с девушкой, которая указала фонд «Вера» в качестве места работы. Эта девушка делала рассылку по личным сообщениям пользователей и просила поддержать пациентов, отправив пожертвование ей, как сотруднице фонда, на личную карту. Мы обратились к администрации соцсети, аккаунт деактивировали. Как правило, такие аккаунты быстро блокируются — но все равно появляются новые, — рассказывает нам Анна Скоробогатова.

По мнению нашей собеседницы, насторожить жертвователя должны новые или необычные варианты сделать пожертвования. Как правило, во всех сборах благотворительные фонды предлагают одни и те же способы, и все они бывают перечислены на сайте — с реквизитами и подробными инструкциями.

И все представительницы фондов, с которыми мы разговаривали, в один голос предостерегают: не должны благотворители переводить деньги на личные карты. Это чревато горькими разочарованиями — всегда есть риск того, что под украденной фотографией скрываются мошенники. Если вас особенно тронула история частных просителей, рассказанная в соцсети или присланная в мессенджере, и вам категорически не терпится перевести денег — постарайтесь сначала проверить данные. Простое «гугление» отсекает не меньше половины мошеннических «удочек». Бывает так, что одна фотография гуляет по соцсетям уже несколько лет, а номер телефона (если он есть) указан как мошеннический на десятках ресурсов. Можно позвонить по указанному телефону, поговорить, задать уточняющие вопросы. В общем, доверяйте, но проверяйте — и лишь после этого помогайте деньгами на частные карты. И помните, что этот способ — самый ненадежный.

Но как быть, если человек представляется сотрудником благотворительного фонда? Елена Прокопьева («Дом с маяком») предупреждает: никогда не переводите деньги на личную карточку, особенно в этом случае.

— Вы никогда не узнаете, куда были направлены эти средства, сколько на самом деле собрали, ушли ли эти деньги на то, что необходимо. Когда вы хотите отложить деньги — вы же идете в банк, а не соседке под подушку деньги отдаете. И вы знаете, что ваши деньги в целости и сохранности и работают на вас. Когда вы жертвуете деньги, вы делаете доброе дело, не сомневаясь. Но когда вы отдаете их на личную карту, бывает по-разному.

Ольга Германенко («Семьи СМА») тоже отговаривает от соблазна жертвовать средства напрямую на карту просящего и приводит еще один аргумент. Даже если деньги действительно поступают по адресу — например, в семью с больным ребенком — их могут потратить не на то, на что собирали. Некоторым благотворителям этот момент важен:

— Конечно, есть большой соблазн жертвовать на личные счета напрямую: кажется, что тут-то уж точно не обманут, и средства пойдут на нужное дело. Так вот, никаких гарантий нет. Любые деньги, которые поступают на личные счета (даже если это счета родителей больного ребенка), оказываются под полным контролем того, кому их перевели. И по большому счету они находятся вне системы какого-то законодательного регулирования. Человек может ими распоряжаться по собственному усмотрению. Например, собирают на коляску — а потратить могут тоже на нужные цели, но это будет не коляска и не лекарства, а, например, покупка дров или ремонт квартиры. Дело, конечно, сугубо личное — возможно, вы и готовы помочь семье на эти цели тоже. Но морально-этическая ответственность тратить на то, на что собирали, лежит на сборщике. Поэтому очень многие разочаровываются в такой благотворительности…

А что если личная карточка указана в качестве способа внести деньги в фонд?

— Если деньги собирают на личную карту кого-то, пусть даже и директора фонда, этому фонду нельзя доверять, — категорично отрезает Германенко. — Никак нельзя удостовериться, все ли деньги, которые приходят на личную карту, поступают в фонд. Здесь есть свобода для маневра. Если я вижу, что на сайте фонда указана личная карта какого-то человека, это для меня однозначно no go. Это фонд, которому я не могу доверять. Это минус прозрачности поступающих и потраченных средств. Фонд может собирать на расчетные счета или использовать различные агрегаторы, — предупреждает эксперт.
Фото: rg.ru

Врачи подтверждают

Если фонд собирает деньги на помощь больным людям, прозрачность их работы может подтверждать медицинская экспертиза. И ее наличие — тоже один из важных признаков фонда, которому можно доверять.

— У нас все, что необходимо в плане медицинских закупок, согласовывают врачи. Например, мы объявляем сбор на дорогие подгузники не потому, что так сказала мама ребенка, а потому, что врачи подтвердили аллергическую реакцию на более дешевые аналоги. Это правильный и честный подход, потому что люди, которые жертвуют деньги, зачастую со средним достатком или доходами ниже средних. Мы как фонд существуем на мелкие пожертвования сотен тысяч людей — это 100 рублей по СМС и 1000 рублей с карточки. Нужно делать хорошее, но за адекватную цену и после согласования с медиками, — рассказывает Елена Прокопьева («Дом с маяком»).

Ольга Германенко («Семьи СМА») присоединяется к словам коллеги:

— Благонадежный благотворительный фонд, как правило, проводит экспертную оценку каждого случая перед открытием сбора средств. Например, семья ребенка хочет, чтобы его оперировали в Германии. Но вполне может оказаться, что такую же операцию с хорошим качеством можно провести и в России. Просто по каким-то причинам семья считает, что лучше будет в Германии и собирает гораздо больше средств, чем это потребуется в России. Иногда такую операцию можно даже получить по ОМС. Фонды, как правило, не помогают в ситуациях, когда точно такую же помощь можно получить в рамках государственных программ и хорошего качества.

Ольга приводит пример: прямо сейчас в фонде «Семьи СМА» собирают деньги на коляску активного типа. Конечно, инвалидную коляску можно получить от государства. Но для пациентов со СМА облегченную коляску с определенными поддержками получить от государства практически невозможно.

— В случаях, когда мы понимаем, что потребность в такой коляске срочная и она действительно нужна ребенку, мы можем открыть сбор, проверяя всю информацию, советуясь с врачами и экспертами.

Фото: gazeta.spb.ru

«Для нас это был вау-эффект, что пытались обмануть фонды»

В последнее время мошенники стали более изобретательными. Теперь они пытаются надуть не только простодушных добросердечных частных жертвователей, но и даже выкачать деньги из благотворительных фондов. Об этом рассказывает Елена Прокопьева и возмущается:

— Мошенники стали пытаться облапошить фонды. Это прямо новая фишечка.

Так, в прошлом году в разгар пандемии, когда все работали на удаленке и возможности прямой коммуникации между сотрудниками были затруднены, на почту «Дома с маяком» пришло письмо. Оно было с левого адреса, якобы от лица руководителя фонда. В нем содержалась просьба закрыть один из сборов и перевести уже полученные средства на определенный счет. Если в обычной ситуации можно было зайти в соседний кабинет и сразу все выяснить, то в условиях удаленной работы такой ход при определенном раскладе мог принести дивиденды мошенникам. Но в фонде быстро обнаружили обман и предупредили коллег о мошенниках. Еще одни мошенники предлагали размещение билбордов на льготных условиях якобы от рекламного агентства.

— Цена была заманчивая, и ряд фондов на это предложение клюнули, — рассказала Прокопьева. — Но когда начали заключать договоры, компания-мошенник стала замедлять свои действия, и мы поняли: что-то здесь не так. Естественно, никакой договор не был заключен. Видимо, они ждали, что мы отдадим им наличные деньги (что в принципе невозможно в работе с фондом) или переведем сумму им на карту. Очевидно, они не понимают принципов нашей работы. Конечно, эти случаи для нас обошлись благополучно. Но мы стали более внимательными. Для нас это был вау-эффект, что пытались обмануть фонды, в которых работают юристы, есть финансовый отдел. Это уже было из ряда вон.

По словам нашей собеседницы, только за прошлый год мошенники дважды воровали ролики, снятые о нуждающихся в помощи детях «Дома с маяком», и объявляли свой сбор. Но благодаря активности представителей фонда в соцсетях удавалось моментально блокировать эту деятельность.
Фото: medialeaks.ru

Резюме для проверки: сайт, реквизиты, отчетность

Итак вот три кита, на которых стоит благонадежность благотворительного фонда:

  • фонд не собирает деньги на личную карту,
  • на сайте фонда есть все уставные документы,
  • регулярно публикуется отчетность по движению денег внутри фонда.

Не обязательные, но определенно повышающие доверие пункты:

  • наличие медицинской экспертизы при сборах на конкретные дорогостоящие лекарства, процедуры или оборудование,
  • хорошая история и репутация фонда.

Если вы впечатлились историей из соцсетей и мессенджеров — проверьте текст и фотографию хотя бы по поисковикам, прежде чем переводить деньги неизвестно куда.

Что касается истории с установлением штрафов за незаконные ящики для пожертвований из начала этого материала — то, например, Ольга Германенко с законопроектом согласна.

— Как мы их называем коробочники ходят с ящиками и собирают в электричках деньги иногда даже на уже умерших детей, используя их фотографии, — ужасается она. — Эти средства из ящиков непонятно, куда уходят. С этими ящиками, как правило, ходят якобы волонтеры, которые получают оплату из расчета 1000 рублей в сутки. Так благотворительные фонды не работают. По факту, такие мошенники просто отнимают потенциальные средства у людей, которым они действительно нужны.

Важно знать: с легальными ящиками для пожертвований, деньги из которых действительно идут на заявленную цель, никто по электричками и по улицам не ходит. А если вы увидели ящик, скажем, в магазине и решили пожертвовать через него — есть смысл спросить у администратора договор на его размещение. Он обязательно должен быть.

Мы живем в очень непростое время. Вокруг нас разные люди. Люди с огромной жизненной бедой. Люди с огромным желанием помочь. И люди, наживающиеся на самых светлых чувствах — сострадании и самопожертвовании. И если вы хотите помогать, жертвовать и спасать — убедитесь в том, что ваша помощь придет по назначению.

Автор: Кристина Иванова
Источник: https://realnoevremya.ru

Смотрите также: